В Киеве легко дышится. Тротуары там широкие, по ним время от времени проезжают, никому не мешая, машины. Но вообще движение слабое, пришлось забраться на колокольню, чтобы увидеть, как на площади разъезжаются аккуратные потоки машин. Всюду каштаны, они падают с деревьев, с треском раскалывается зеленая игольчатая кожура, а внутри - гладкие коричневые орехи, весь Киев ими усыпан, и одурев от подобной щедрости, мы распихивали по карманам эту недолговечную и несъедобную красоту.
Геометрию этого города мой воспитанный питерским болотом ум воспринимать отказывался - все время надо было карабкаться или спускаться, кружить, заворачивать - чтобы в конце концов выйти на божественной красоты смотровую площадку, откуда видны зеленые с вкраплением осени кроны деревьев, разбавленные золотыми луковками церквей, а где-то совсем внизу - Днепр, который течет себе, делая вид, что и не знает о копошащейся на холмах жизни.
Глаза в Киеве добрые, речь - смешанная, украинская и русская, но вся понятная и приятная. Город гостеприимный, еда дешевая, ночи наступают быстро. К тому же там до сих пор лето.
С совершенно провинциальным гостеприимством город вываливает на прилавки холмов все свое богатство - от древнерусской архитектуры до виртуознейшего модерна, от бойких фонтанов до растущих прямо на улице груш. И ничто не коробит, не кажется ошибкою вкуса - потому что и вкуса никакого нет, есть просто красота и щедрость. И дышится там легко.
Геометрию этого города мой воспитанный питерским болотом ум воспринимать отказывался - все время надо было карабкаться или спускаться, кружить, заворачивать - чтобы в конце концов выйти на божественной красоты смотровую площадку, откуда видны зеленые с вкраплением осени кроны деревьев, разбавленные золотыми луковками церквей, а где-то совсем внизу - Днепр, который течет себе, делая вид, что и не знает о копошащейся на холмах жизни.
Глаза в Киеве добрые, речь - смешанная, украинская и русская, но вся понятная и приятная. Город гостеприимный, еда дешевая, ночи наступают быстро. К тому же там до сих пор лето.
С совершенно провинциальным гостеприимством город вываливает на прилавки холмов все свое богатство - от древнерусской архитектуры до виртуознейшего модерна, от бойких фонтанов до растущих прямо на улице груш. И ничто не коробит, не кажется ошибкою вкуса - потому что и вкуса никакого нет, есть просто красота и щедрость. И дышится там легко.
11 comments | Leave a comment
